Category: образование

Лекция Зигмунта Баумана


Российская модернизация в условиях текучего модерна

Выступление Зигмунта Баумана на Лекционном клубе Фонда «Стратегия 2020»  

Заседание состоялось в конференц-зале Российского государственного гуманитарного университета 20 апреля 2011 года


Я долго размышлял над тем, что является основной причиной упадка советской системы. Я думаю, что советская система модернизации была выстроена в противовес старой системе капитализма, в которой основным стимулом являлось получение максимальной выгоды здесь и сейчас. Поэтому Советский Союз «гонялся за убежавшим зайцем».

Соревнование между советской промышленностью и западной могло продолжаться еще долго, но советская система не могла бороться с тем, что начался переход от общества производителей к  обществу потребления (логика торговли стала преобладающей и пришла на смену логике производителей).

 


Публичная лекция Зигмунта Баумана


Модернизация после Модерна

Лекционный клуб Фонда «Стратегия 2020» 20 апреля проводит очередное заседание на тему:

«Модернизация после Модерна»

На заседании выступит Зигмунт Бауман – польско-английский социолог, профессор Университета Лидса, один из крупнейших мыслителей современности.

В рамках Лекционного клуба состоится дискуссия с участием ведущих российских политиков и экспертов.
 

  • Заседание состоится 20 апреля 2011, в 6 корпусе РГГУ по адресу: ул. Чаянова д.15, Зал ученого совета (6 этаж). Регистрация с 12.00, начало – в 13.00.

Основные темы обсуждения:

  • Путь к обществу потребления: прогресс или деградация? Как возможно осуществить модернизацию в системе ценностей общества потребления?
  • Будущее суверенитета. Можно ли считать модернизацию программой национального реванша?
  • Возможна ли национальная солидарность в условиях нового неравенства (разделения на «глобалов» и «локалов», согласно концепции Баумана)? Является ли целью российской модернизации снижение уровня социального расслоения в стране?
  • Политика памяти и «модернизация сознания» в России и Восточной Европе.
Продолжение см. на официальном сайте Фонда: http://www.strategy-2020.ru/ru/article/modernizatsiya-posle-moderna
 

ИФАН-3

... по поводу инциндента в Доме ученых...



От философского факультета МГУ поступило заявление по поводу вчерашнего инцидента в Московском доме ученых:


16.11.2009 в средствах массовой информации появилось сообщение о хулиганском нападении на декана философского факультета МГУ Владимира Васильевича Миронова в Московском Доме ученых в ходе пленарного заседания Международного дня философа, проводимого в 2009 году по решению ЮНЕСКО в Москве. Нападение было совершено бывшим студентом факультета, отчисленным с факультета за академическую неуспеваемость 2 года назад. Удар был нанесен неожиданно, поэтому сообщения о «драке философов», поступавшие на ленты информационных агентств и телевизионных каналов в первые часы после события, остаются на совести репортеров и журналистов и носят провокационный характер.


Нападение было совершено около часа дня в фойе Дома ученых, по выходу декана из зала заседаний, как раз в то время, когда почетный гость Дня философии выдающийся немецкий философ и социолог Юрген Хабермас завершал свой доклад, посвященный проблеме человеческого достоинства. Телесные повреждения были нанесены также профессору философского факультета Ларисе Тимофеевне Ретюнских.


Данный инцидент можно расценивать не только как хулиганский поступок, еще ожидающий квалифицированной юридической оценки, но и как открытый вызов всему философскому сообществу, как попытку срыва и дискредитации важного Международного симпозиума, приветствия в адрес которого направил Президент РФ и высшее руководство страны, международные общественные организации, в работе которого принял участие Уполномоченный по правам человека в РФ. Нападавший уже неоднократно совершал свои хулиганские выходки на территории факультета, мешая его нормальной работе, оскорбляя действием человеческое достоинство преподавателей и студентов факультета. Об этом были проинформированы правоохранительные органы, фактическое бездействие которых отчасти послужило причиной инцидента 16 ноября. По факту нападения на сотрудников философского факультета заведено уголовное дело.
http://www.russ.ru/Mirovaya-povestka/Zayavlenie-filosofskogo-fakul-teta-MGU-po-povodu-vcherashnego-incidenta-v-Moskovskom-dome-uchenyh


17.11.09 11:49

***

Заявление поступило в РЖ сегодня утром. Вообще говоря, люди еще как-то не совсем поняли, что собственно произошло вчера утром.

Проблема не в том даже, что кто-то кому-то врезал - агрессия со стороны отчисленных студентов против отчисливших их препдавателей - это бывает не часто, но это бывает. Сумасшедших рядом с философией было много всегда.

Проблема - исключительно в реакции СМИ. Вы можете себе представить эксклюзивное интервью по телевизору хоть с одним нацболом, который метнул свой тортик в какую-нибудь фигуру? Тот всем нам известный юноша, который кинул чем-то подобным в Никиту Михалкова, а потом был избит им и его охраной, он разве имел шанс произнести в телеэфир что-нибудь про Мишу Берлиоза?

Вчера весь Интернет, прямо с утра был заполнен сообщениями о "философской драке" во время Хабермаса - мол, ха, ха, ха - философы подрались. Потом когда выяснилось, что драки не было, а было оскорбление действием заслуженного человека, книги отзывов немедленно заполнились личными насмешками над пострадавшим деканом. Ха-ха-ха перешло на телеэкраны.

Кроме двух-трех людей в блогах (отдельное спасибо missing_link), отеагировавших в целом адекватно, большая часть ЖЖ-юзеров продолжала хохмить и прикалываться. О случаях патологических я не упоминаю. На самом деле чернь ясно поняла, философы сели не в свои сани, попытались продемонстрировать хотя бы какое-то подобие корпоративной взаимовыручки и немедленно столкнулись с публичной диффамацией, отрекламированной ведущими Интернет-ресурсами и электронными СМИ.

Нас упрекают, что в РЖ сегодня мало политики - думаю, что как раз это и есть подлинная политика. Обреченная борьба духа за свои права в обреченном на бездушие мире.

Из истории рода Межуевых


Из статьи «Верный сын России» («Стародубский вестник», 28 марта 1995 г.)

Григорий Оснач

д. Камень


 

Почти все мы имеем глубинные корни в крестьянстве. В моей памяти часто возникают солнечные пятна детства, когда как бы видишь, чувствуешь запах талого снега, потемневший лед на речке, скрип санных полозьев на деревенской улице и лица давно ушедших людей...

И так уж случилось, что в моей памяти предстал 1931 год, когда с группой сверстников увидел около колхозного двора, только что организованного в д. Камень колхоза имени Буденного, человека, совсем не похожего на других — городского.

Это был красивый мужчина, высокого роста, с черными, смолистыми волосами, в кожаном пальто, который о чем-то разговаривал с односельчанами. Это был, как я узнал потом, Михаил Игнатьевич Межуев — сын нашего каменского мужика Игната Никоновича. Про него тогда говорили, что он владеет пятью или шестью языками, работает дипломатом в Персии (Иране).

Вот об этом Человеке — Михаиле Игнатьевиче Межуеве, с которым значительно позже, судьба сведет меня, мне и хочется рассказать. Итак, все по порядку.       

В семье Игната Никоновича Межуева было пятеро сыновей: от первого брака — Михаил, Борис, Василий и от второго — Иван и Петр. Игнат Никонович был типичным крестьянином, хозяйственным человеком. В годы НЭПа он своим трудом поднял хозяйство: имел наделы земли и леса, обзавелся гумном, конной молотилкой, двумя хорошими лошадьми. Природный ум, смекалка, начитанность, трудолюбие — помогали ему безбедно жить, растить и воспитывать детей.

Старший сын Михаил оказался по учебе очень способным, он   окончил Стародубе. Старая учительница по иностранному языку, которая учила еще в царское время, рассказывала каменским ребятам, которые учились уже после войны, что за весь период ее работы она не встречала такого способного ученика, каким был Михаил Игнатьевич Межуев из д. Камень.

Отец Михаила, как человек влюбленный в землю и дороживший ею, бесспорно, хотел и прилагал все усилия к тому, чтобы его старший сын учился на агронома. Какое-то время Михаил учился в сельскохозяйственной школе, но революция, затем война прервали учебу. Михаил ушел добровольцем на фронт, участвовал в гражданской войне, стал красным командиром, принимал участие в ликвидации басмачества в Средней Азии. После окончания гражданской войны планы Михаила Игнатьевича изменились, его больше интересовала другая работа, увлекла дипломатия, а для этого надо было учиться иностранным языкам, и он стал готовиться для поступления в институт иностранных языков.

Между отцом и сыном установились не вполне нормальные отношения из-за того, что сын не продолжил учебу по агрономии. Кроме того, Михаил в какой-то степени не разделял точку зрения отца, который в период НЭПа     начал    «окулачи ваться». Это могло послужить препятствием для дальнейшей учебы Михаила, который в тот период уже стал членом большевистской партии.

Михаил Игнатьевич учился в Ленинграде в институте иностранных языков. С ним учился и брат его жены, у которого были связи в высших правительственных; кругах. До этого Михаил работал в дипломатическом корпусе в Иране. То ли по доносу, то ли по запросу руководства института из сельского Совета было сообщено в институт о том,    что родители Михаила являются неблагонадежными, и на этом основании Михаила из института отчислили. Не помогли и связи брата его жены.

Но Михаил не нал духом. Он работает над собой, увлекается музыкой, готовится к поступлению в Московский институт народного хозяйства им. Плеханова на экономический факультет. Далось это ему нелегко. При помощи брата жены и самой супруги ему удалось поступить в институт и закончить его в 1940 году — накануне Великой Отечественной войны. Он получил диплом и специальность экономиста-плановика советской торговли. После учебы работал в г. Москве главным экономистом при городском Совете по торговле.

Как только началась война, ст.лейтенант Михаил Игнатьевич добровольно ушел на фронт, принимал непосредственное участие в обороне и в битве за Москву. В боях под Москвой получил тяжелую контузию и после лечения вместе с женой и сыном уехал на Урал, где работал по своей специальности в системе торговли.

Тяжелая    контузия, глубокие личные переживания отрицательно сказались на здоровье. Михаил с семьей возвращается в Москву, но работать дальше по состоянию здоровья не может. <…> 31 мая 1945 года я вернулся из Московского военного госпиталя инвалидом второй группы в результате ранения в голову. Работать но специальности учителя тогда не мог. Пригласили поработать бухгалтером в колхоз им. Буденного. Как-то но работе пошел в кладовые колхоза и тут под навесом помещения увидел человека со знакомыми чертами лица, которого, как мне казалось, я когда-то видел. Поинтересовался, что он здесь де лает. Оказалось, что он поставлен    правлением колхоза дневным сторожем около бригады и складов. Добавил, что живет он в доме своего отца Игната Никоновича. В моем сознании сразу промелькнула мысль, что это тот человек, которого я видел в детстве в 1931 году — Михаил Игнатьевич Межуев. Но как он изменился: худой, изможденный, с трясущимися руками и лицом. Я испытывал к нему человеческую жалость и хотелось хоть в чем-то помочь этому человеку.

Так мы стали близкими друг к другу. Я часто ходил в дом к Игнату Никоновичу, мы подолгу разговаривали с Михаилом Игнатьевичем и его отцом. А когда пришел с фронта бывший главный бухгалтер колхоза, и я уступил ему место работы и стал работать зав. сельским клубом, еще больше сблизился с семьей Игната Никоновича. Мы организовали в деревне сельский народный хор при клубе, и руководителем его стал Игнат Никонович. Ему тогда было 75 лет, но он с такой любовью и увлечением относился к делу, что можно было только позавидовать. У него был сильный голос, он имел опыт руководства церковным хором. И как он радовался, когда нам удавалось удачно выступить среди своих односельчан.

Михаил Игнатьевич тоже увлекался музыкой. В их доме была скрипка, играли на ней отец и сын. Я тоже играл на этом инструменте, еще до войны во время учебы в педучилище нас три года обучали скрипичному делу. Играл я и на других инструментах: балалайке, гитаре, мандолине. Это позволило мне организовать при клубе и струнный оркестр. Болезнь Михаила Игнатьевича прогрессировала. Врачи в то время ничем не могли ему помочь. Дни его жизни были сочтены. Он прожил еще около полугода и в декабре 1945 года в возрасте 41 года умер от полного истощения нервной системы. Похоронили его в д. Камень на кладбище, где были похоронены его мать и другие родные. Так трагически оборвалась жизнь этого одаренного, умного человека, который так сильно любил свое Отечество, защищая его в гражданскую и Великую Отечественную войны. К сожалению, наша система не могла как следует защитить его так, как подобает в любом цивилизованном обществе.

 О
тец     Михаила Игнат Никонович пережил сына на несколько лет. Весной 1946 года мы с хором участвовали в районном смотре    художественной самодеятельности. Наш клуб   занял в этом смотре первое место в районе.

У Игната Никоновича погибло на фронте еще два сына. Старший лейтенант Борис Игнатьевич и Василий Игнатьевич. Василий — бывший сталевар.

Борис Игнатьевич, по профессии учитель, погиб в Шумилиновском районе Витебской области и занесен в книгу Памяти, которую недавно переслали братьям Ивану и Петру. Иван Игнатьевич Межуев окончил Кокинский сельскохозяйственный техникум, после окончания которого и до пенсии работал управляющим в п. Кокино в подсобном хозяйстве техникума, а затем института. Иван — участник ВОВ, сейчас на пенсии, проживает в п. Кокино. У него два сына, старший — полковник, работает в Генеральном штабе Российской Армии, другой — учитель, как и его мать, которая вместе со мной до войны окончила Стародубское педучилище.

Самый младший сын Игната Никоновича — Петр. Всю жизнь проработал в родном колхозе механизатором. Был бригадиром тракторной бригады. Это человек, влюбленный в технику. Сейчас на заслуженном отдыхе.

Игната Никоновича не стало в 1950 году. Он прожил 80 лет. Рассказывают, что когда Игнат Никонович лежал в больнице в г. Стародубе, то больные заслушивались его чтением «Конька Горбунка», которого он знал наизусть от корки до корки. Он его выучил еще в детстве, когда пас лошадей.

Такова жизнь одной семьи из огромной династии Межуевых — потомков казаков, которыми так богата наша   деревня Камень."



На фото - я с автором статьи, журналистом Григорием Никифоровичем Осначем, в его доме в деревне Камень, 23 августа 2008 года.

Петр Игнатьевич Межуев скончался 16 июня 2007 года, примерно за год до моего первого посещения деревни Камень.