Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Несобранные тексты Вадима Цымбурского

Эдвард Люттвак на портале Terra America

 От редакции. КорреспондентTerra America Юлия Нетесова встретилась с Эдвардом Люттваком, знаменитым геостратегом и членом команды авторов нашего портала с просьбой прокомментировать основные итоги избирательной кампании в США, завершившейся переизбранием Барака Обамы. Очевидно, что сам Люттвак более сочувствовал в этой борьбе противнику Обамы Митту Ромни. Мы попросили господина Люттвака прокомментировать некоторые аспекты кампании, которые показались нам знаменательными, а именно приоритетность темы среднего класса в дебатах основных претендентов, новую роль нетрадиционных для Америки религиозных конфессий, радикализацию социальной повестки либералов и, напротив, актуализацию консерваторами на этих выборах преимущественно экономических вопросов. Ответы Люттвака, всегда неожиданные и поразительно откровенные, выдают подлинную остроту той полемики, которая идет сегодня между консерваторами и либералами в США, может быть, даже лучше, чем все социологические опросы.

 «Американцы склонны винить в собственных несчастиях самих себя» - Terra America

Андрей Вознесенский и Юрий Шевчук


Вознесенский для меня ассоциативно - человек 1985–89 годов. Его раннее поэтическое творчество меня всегда оставляло равнодушным, как и весь футуризм, которому, насколько я понимаю, он вполне сознательно подражал. Но во всяком случае с Вознесенским связан какой-то стиль эпохи, перекликающийся с ритмом его стихов.

А о ком сегодня можно скзать то же самое?

Но вот в "перестройку" Вознесенский выплыл как культурреггер, который знакомил массового читателя то с Гребенщиковым, то с Хайдеггером. То он упомянет в стихах Аверинцева, то Рихтера.
 
Он остался человеком великой эпохи культуреггеров - все смеялись по поводу "постпинкфлойдовской деревни", но вот запечатлелась она в сознании каким-то прекрасным дымком нашей юности, а уж на Хайдеггере, который "харю гад отъел" и "хардроккер", Вознесенский по моему сломал всю свою карьеру публициста, но тоже вот было в этом что-то от мандельштамовской "тоски по мировой культуре", неудоволетворимой и ненасытимой. Когда непонятно, кто такой Хайдеггер и о чем он, но имя будоражит, вертится в голове и это странное сочетание звуков кажется ответом на все жизненные вопросы.

В общем, для меня Вознесенский - последний человек настоящей русской культуры, культуры Великого Псевдоморфоза. За ним - откровенно говоря, одна русская фантастика, в настоящий момент подлинное направление русского искусства - с этим необходимым для него псевдоморфозным вывертом.

Шевчук напротив первый человек политической эпохи. Все его лучшие песни - из времени советского политического пробуждения: "Дождь", "Что такое осень" и особенно "Последняя осень", которая в моем сознании отложилась как песня про 1991 и еще точнее про август 1991 года - "последним костром догорает эпоха, и мы наблюдаем за тенью и светом".

Шевчук удивительным образом не стал голосом антисоветской революции начала 1990-х, поскольку неожиданно для самого себя смог выразить разочарование в этой революции, амбивалетность ее итогов, когда "все то что держало, давило, играло, осиновым ветром" было "разорвано в клочья" - его заунывная интнонация пришлась как раз в точку в межвременье 1991-1994 годов - по моему в самый тяжелый период жизни страны, да и всех нас. Кстати, именно поэтому Шевчук евда ли мобилизует своим творчеством "несогласных" - от одного его вида исходит чувство "опустошения" и "разочарования".

Это что-то в духе "Какая хмурая Столица в октябре! Забитая лошадка бурая Гуляет на дворе."

Даже клип вроде бы светлой по текстовке песни "Дождь" во "Взгляде" шел под какие-то игрушечные танки, которые разрушают игрушечный город - многие потом (и в каком-то смысле справедливо) видели в этой песне намек на путч 1993 года. Шечук наверное то пел о чем-то совсем другом, но получалось все время об этом. О том, как хреново жить в конце каждой из революций. О том, какой остается от всего этого горький осадок. О том, что когда "догорает эпоха", тень все-таки одолевает свет, и некогда бурная радостная жизнь истончается до самого своего основания.

И поэтому хотя Шевчук еще мог жить и творить в эпоху Вознесенского, Вознесенскому, увы, уже не было место в эпоху Шевчука.

Воспоминания об АПН—1

Почему-то захотелось воспомнить для себя некоторые вехи работы на сайте АПН и, в первую очередь, инициированные мной дискуссии, причем не столько с содержательной, сколько с чисто редакторской точки зрения. 

Напомню, что полноценных удавшихся (не столько по качеству текстов, сколько по количеству участников) дискуссий на АПН за время моей работы было пять. Я разумею здесь дискуссии, не связанные непосредственно с текущей политической повесткой дня.

Это были споры:

1. О Солженицыне
2. О Галковском
3. О Ницше
4. О русском роке
5. О русской политологии

При выборе тем для дискуссии я руководствовался следующими методологическими установками, которые, впрочем, только сейчас решаюсь сам для себя сформулировать:

1. Тема должна была быть совершенно неожиданной, причем не только для читателей и авторов, но и для меня самого. Никогда ничего нельзя планировать заранее. Очень сложно отстаивать этот принцип в редакторской работе, но я считаю его наиважнейшим. Подробный план — это смерть всякого дела. Выбирая тему, не следует ни в коем случае заранее знать следующую, ибо всегда имеется соблазн "мыслить по аналогии", как мне сразу же начали многие и предлагать. Типа обсудили Солженицына, потом обсудим Сахарова, поговорили о Галковском теперь обязательно — о Крылове, поспорили о роке, теперь перейдем к фантастике. Между тем, нет ничего хуже спонтанных ассоциаций. Сахаров после Солженицына - это провал, так же как и фантастика после рока.  Планирование тем - главная беда всех журнальных проектов, увы, зачастую неизбежная. 

2. Выбор каждой темы должен был шокировать общественность, причем не просто шокировать, а провоцировать ее на конспирологические догадки. Я прекрасно понимал, как работают у людей в наше время  мозги, и что в политизированной тусовке никто просто так ничто не обсуждает. И поэтому нужно было запустить вереницу предположений о том, почему Белковский пиарит Солженицына, или в другом случае — зачем Белковский мочит Галковского? Всякому редактору  политического издания нужно иметь в виду, что он имеет дело с искривленными пиаром и конспирологией (своего рода пиарологией или же конспиаром)  мозгами, в нашей среде никто не ожидает искреннего разговора ни о чем. 

3. Спор должен был выводить на новый круг авторов и новые читательские аудитории. Причем эти аудитории должны были ощущать странное чувство неудобства, что кто-то со стороны решил о них заговорить (опять же тот же вопрос: "кто проплатил", см. пункт 2). В разговоре о политологах это дало несколько неожиданный для меня эффект, некоторые коллеги по политологическом цеху спрашивали меня на полном серьезе, выполняю ли указание Глеба Олеговича Павловского по разрушению Ассоциации политологов.

4. У всех дискуссий должен был быть некий общий лейтмотив, как бы вскользь, но все же более менее определенно задаваемый их модератором - то есть мной. Нужна была некая единая проходящая сквозь все эти споры линия. Таких линий в данном случае было даже две —  субъектная и объектная. С одной стороны, этими спорами я хотел развернуто запечатлеть историю своего (в широком смысле слова поколоения), с другой стороны — представить новую идеологию — русский изоляционизм. Причем представить как некую пропущенную Россией, с одной стороны, и нашим поколением, с другой, — смысловую альтернативу.

Поэтому то я и решил начать разговор с человека, который для многих и ассоциировался в наибольшей степени с русским изоляционизмом — с Солженицына....

Спор о русском роке...

... на сайте АПН наконец завершен.
http://www.apn.ru/themes/theme180.htm

Имена участников:
Дмитрий Данилов
Вадим Штепа
Юрий Тюрин
Роман Коноплев
Георгий Осипов
Александр Житинский
Илья Смирнов
Борис Межуев
Владимир Голышев
Илья Кормильцев
Владимир Можегов
Максим Жуков
Сергей Жариков
Яков Шустов
Андрей Смирнов
Андрей Сучилин
Виктор Милитарев
Андрей Рассохин
Дмитрий Ольшанский
Мирон Боргулев.

В общем, в итоге - все тянет на приличную книжку. Кто бы издал?

Спор о русском роке частично завершен...

...частично в том смысле, что статьи на эту тему более не принимаются редакцией АПН  к рассмотрению.

Между тем, в портфеле редакции осталось пять отличных текстов на эту тему и в течение этой и следующей недели они будут вывешены на нашем сайте. 

Речь идет о статьях:
Андрея Смирнова
Виктора Милитарева
Андрея Рассохина
Романа Коноплева
и
Владимира Можегова

Но и все. На этом дискуссия обрывается окончательно. И надолго. Новые темы для дискуссии будут объявлены позже.

Напомню, что я выдвинул для рассмотрения четыре возможные темы для обсуждения:

1. Судьба политической науки в России. Кто и по какой причине может считаться в России политологом? Слушают и должны ли слушать политики политологов?
2. Феномен Никиты Михалкова. 
3. Эзотеризм в современном мире. Влияние эзотерики на политику. Совместим ли европейский традиционализм с русским консерватизмом?
4. Спор о Голливуде. Что мы любим в Голливуде и чего категорически не приемлем?

В ходе мягкого рейтингового голосования
http://magic-garlic.livejournal.com/100489.html
за первую тему высказалось 5 человек
за вторую — 3
за третью — 6
за четвертую — 4.

Прошу всех друзей оставить свои пожелания, чтобы подвести окончательные итоги в следующую пятницу, ровно через неделю, когда РР наконец отзвучит.

Высказался о русском роке...

... на сайте АПН. Получилось, правда,  не столько о роке, сколько о самом себе и своем поколении. Но было важно сказать то, что сказал...

Спор о русском роке. Рок-н-ролл победил, а, победив, убил тот прекрасный псевдоморфозный цветок под именем «русский рок». Итория «русского рока» продолжается, только совсем не там, где все еще продолжают звучать бас-гитары.

Спор о русском роке...

... продолжается, продолжается он до конца августа, когда начнем что-нибудь другое. Есть одна идея, о чем бы поговорить дальше. Но нужны зачинщики...

А сегодня выступил Яков Шустов с самой, пожалуй, резкой статьей против РР, со все тем же "осиповским" набором обвинений: "Перемены", "шестидесятники", "диссида".

Спор о русском роке. Не классический антисоветизм, не полуподпольное православие, и не «нарождающийся российский капитализм цеховиков и фарцовщиков», а «русский рок», используя в качестве живого щита молодость, которая всегда права, открыл ворота Кремля.

Что мне кажется любопытным в "русском роке", и о чем никто пока не сказал. Я думал написать статью, да когда успею... Это то что "русский рок" стал последним примером характерно русского подхода к искусству. Помните, русские символисты говорили, мы возьмем с Запада литературную форму и внесем собственное духовное содержание. Это первое. И второе - некий стыд за заимствование и такое яркое выраженное, я бы сказал, презрение собственно к художественной стороне дела. Мне в свое время Маским Жуков так и объяснял смысл песни "Рок-н-ролл мертв":  рок-н-ролл, конечно, мертвячина и дело не в нем вовсе, но такая демократическая, простая форма художественного выступления дает нам возможность выразить какие-то иные, находящиеся за пределами чистой эстетики, вещи.

Интересно, что это просто калька с идей и мыслей русских символистов, да и русской культуры постпушкинской эпохи в целом - и что на русском роке все то и кончилось. Вот не возникло никакого, скажем, "русского постмодернизма", даже и попытки не было. Пожалуй, только "русская фантастика", но это разговор особый. А это значит, что на "русском роке" по существу закончилась "русская культура", вернее определенный ее эон, петербургский. Петербургская псевдоморфоза по Шпенглеру, когда западные формы призваны были выразить глубоко незападное содержание.  Глубоко не случайно, что столицей русского рока стал Питер, поскольку, конечно, именно "русский рок" стал концом петербургской псевдоморфозы русской культуры. И не случайно, что "русский рок" фактически умер вместе с империей, причем все попытки продолжить существование в постимперский период оказались неудачными.

Вот что стоило бы проанализировать и осмыслить.

Кстати, никто не знает координат Сергея Жарикова — народ, что называется, требует.

Идея!

Я знаю как сделать всех русских политических консерваторов довольными. Тех кто в Бога не верует, но Россию любит. Ясно ведь, что без общей ценностной основы никакого консерватизма быть не может.

Нужно первым пунктом Устава написать: русский политический консерватор может не верить в Бога Священного Писания, но обязан признавать авторитет Великого Архитектора Вселенной, давшего нам нравственный закон, по которому мы все живем. 

Это всех примирит. А что кто-нибудь может предложить осязаемую альтернативу, так сказать, "консервативной аномии".

Илья Кормильцев на АПН

... в споре о русском роке



Спор о русском роке. Третий Рим всегда прикармливал клиентелу из идеологических лакеев и проституток, находящихся в постоянном творческом поиске высоких покровителей. С падением советской парадигмы наступило их осевое время. 

Знаменитый поэт, переводчик и издатель с первой частью своих воспоминаний о рок-движении 1980-х.