Всему этому невозможно противостоять, пока лидеры четко не уяснят себе, что в Европе у них есть только одно место — это гаагская тюрьма. Европа, кстати, это и не скрывает. Если сейчас будут введены санкции против Белоруссии, за действия, схожие с теми которые применяет полиция во Франции, это будет означать фактически "объявление войны". На месте наших властей, надо было бы четко сказать, что в ответ на санкции в отношении Белоруссии, Россия немедленно выходит из Совета Европы и ОБСЕ. Россия и Белоруссия более не считают себя связанными общеевропейской солидарностью ни в каком смысле, включая энергетическую, военную и правовую. Прежние договоры с ЕС относительно поставок нефти и газа с этого момента будут обязательно пересмотрены. Это подействует.
Лукашенко — не "последний диктатор" в Европе, он просто не в Европе. И эту свою "не-европейскость" он и вынужден защищать, увы, иногда жесткими методами. И в отличие от Милошевича, народ которого как раз всегда хотел быть в Европе, Лукашенко в данном случае опирается на волю своего населения. Довольно недвусмысленно заявленную.
Важно для всех нас только осознать, к чему обязывает этот довольно трудный и вместе с тем очень почетный выбор — "быть не в Европе".
