May 7th, 2012

Вчера на Болотной

В принципе, уже накануне стало понятно, что будет бойня. Дело даже не в организаторах с той и с другой стороны... Настроения молодежи, простых ребят, с кем удалось побеседовать в примыкающх к Якиманке кафешках, выдавало их самые радикальные устремления.

"Мы дождемся семи часов и пойдем на прорыв" - говорил мне низкого роста мускулистый юноша в кожанке. "Нам надоело слушать пустые слова", "нам нужно дело". "Все мои друзья подойдут только к семи и мы пойдем брать Манежку". 

Были видны две разные и почти непересекающиеся группы участников. С одной стороны, интеллигенты с белыми лентами, с другой, молодежь, отчасти левая, отчасти провинциальная, но почти без исключения боевая. Очень стесняющаяся соседства с интеллигентами в белых бантах.

Несколько раз от молодых протестантов, громко разговаривающих между собой, доносилось веселое: "Нам говорят, что вокруг много евреев, но нет же тут никаких евреев". Были, конечно, и евреи, но нельзя сказать, что они преобладали. Либеральных лозунгов практически не было, только уже на набережной я увидел знамя ЮКОСа.

Оказавшись на Октябрьской к 16.00, я решил поглядеть, чем все закончится. Металлоискатели на Якиманке, кстати, сыграли какую-то символическую роль - получалось, если ты по ту сторону металлоискателей, то ты либо мент, либо журналист, либо оппозиционер. Металлоискатели символически исключали четвертую позицию: стороннего наблюдателя. Первое, что меня спрашивали те немногие, с кем я виделся: Вы здесь как журналист? Приходилось соглашаться...

Как ОМОН запер манифестацию, я не видел, но было видно, что началась битва: шел дым, мелькали дубинки и древки знамен, в воду летели полицейские каски...

Не очень понятен мне сюжет с "сидячей забастовкой". Может быть, это был единственный шанс для Навального и других избежать прямого столкновения с ОМОНом и сохранить лицо? Очевидно, что левая энергия прорыва существовала. Не факт, что организаторы знали как ей управлять. Я понял, что они призвали всех сесть, но не очень понимаю, когда и как им пришлось встать.

То что ОМОН готовил сознательно расправу, в это я не верю совершенно. Другое дело, что боялись допустить создания палаточного лагеря на Болотной и того что может произойти в случае его снесения.   В общем, решили нанести упреждающий удар... 

В целом, на самом деле. не произошло ничего сверхужасного - левые протесты громыхают по всей Европе, везде они приводят к столкновениям с полицией, везде леваки идет на прорыв, кидают шашки и даже бьют машины, везде полиция ведет себя в той или иной степени жестко. Ни той ни другой стороне в общем нет оснований слишком сильно возмущаться. Зато есть повод о многом задуматься.

Протест на глазах меняется. Он становится менее либеральным, менее интеллигентским и, главное, менее московским. Вот что и в самом деле любопытно.

Вновь на старую тему - Майл Манн

Известный британский социолог – о политических и социальных перспективах нового класса

От редакции. Terra Americaпродолжает серию материалов, посвященных столь обсуждаемому в настоящий момент в России явлению, как «креативный класс».Майкл Линд и Саския Сассен уже высказались на нашем портале весьма скептически относительно концепции «креативного класса» и описываемого этим понятием явления.

Знаменитый британский  социолог, работающий преимущественно в США, профессор Университета штата Калифорния, Лос-Анджелес (UCLA) Майкл Манн отнесся к этой теории с меньшим скепсисом. «Креативный класс», по его мнению, и в самом деле становится главным классом современного Запада, и он действительно меняет социальную и политическую ситуацию. Однако этот класс безнадежно расколот – тех, кто занят в бизнесе и тех, кто остается в Академии, разделяют серьезные политические разногласия, и, самое главное, рост численности «креативного класса» не сопровождается пропорциональным увеличением рабочих мест в соответствующих секторах экономики. Это противоречие может стать источником острых общественных проблем в самом ближайшем будущем.