October 17th, 2005

Объяснение № 1

Своим последним анализом того, что происходит внутри ИНС, Егор поставил меня как главного редаткора АПН в не очень удобное положение. Загвоздка в том, что Егор дал не то, что неправильное описание положения дел в ИНС, а просто-напросто — прямо противоположное действительности. Поскольку мне не хотелось бы выносить кое-какие наши внутренние споры на всеобщее обозрение, я попытаюсь описать ситуацию, не называя конкретных имен.

 

В настоящий момент внутри бывших соратников по Консервативному пресс-клубу, а затем – клубу «Товарищ» и Консервативному совещанию, происходят два совершенно разных по характеру и генезису конфликта. Это очень существенная деталь для оценки всей ситуации. Один из этих конфликтов имеет сугубо личностную подоплеку, связанную с разногласиями членов КС относительно персонального состава этой организации и также, в какой-то степени, специфики его позиционирования. Некоторые бывшие члены КС недовольны (и, по-видимому, они имеют право на это недовольство) произвольными решениями директората КС в плане, скажем так, поиска спонсоров. В этом конфликте я не считал себя вправе занимать чью-либо сторону, поскольку с самого начала работы КС сознавал свое маргинальное положение в этой организации. Что легко проиллюстрировать тем фактом, что о существовании некоей «Русской доктрины» (и о работе над ней) я узнал лишь на позапрошлой неделе. Я не усматривал в этой собственной маргинальности внутри КС ничего лично для себя оскорбительного, ибо с большей частью его членов (и с некоторыми руководителями) до момента возникновения организации был либо просто незнаком, либо знаком, как говорят, шапочно (тогда как все они до бурной ссоры находились между собой либо в дружеских, либо в близких приятельских отношениях). Поэтому никаких претензий к работе КС и тем или иным решениям его руководства у меня не было, нет и быть не может.

 

Другое дело, что я ошибочно воспринимал смысл всей деятельности КС, видя в ней своего рода православную (в ценностном, а не узко-конфессиональном отношении, единственный неправославный член КС на заседаниях много раз говорил о значении для него как для политика православной традиции, религиозных святынь и т.д.) «ложу», члены которой, работая в разных организациях, тем не менее, исповедуют примерно общую систему ценностей и потому в категорической форме воздерживаются от любых личных наездов друг на друга. Скажем, как только возник КС, я прекратил всякий публичный спор в резкой форме с одним известным членом КС, к тогдашней публицистике которого у меня было более чем сложное отношение. Однако по ходу работы выяснилось, что КС представляет собой нечто принципиально иное, а именно — очередную организацию, выставленную для продажи на политическом рынке. Говорю это без всякого осуждения — таковая продажа — дело совершенно нормальное, в какой-то мере в этом и состоит российская политика. Однако в ходе этого поворота КС превратилась в тривиальную политическую организацию, каковой изначально, как я думал, не являлась.

 

После политического позиционирования КС возник конфликт совершенного иного свойства. Речь идет о разном отношении членов КС к известному манифесту г-на Ходорковского о «левом повороте». На волне борьбы с «оранжевой революцией» часть членов КС объявила себя стопроцентно и беспримесно «правыми». Кое-кто из них даже вступил в блок «Новые правые». Идеологи этого направления объявили о том, что высшими политическими ценностями православной цивилизации они считают «Иерархию», «Порядок» и «Неравенство». Вероятно, возник негласный союз части руководства КС с известным публицистом, не являющимся членом КС, который недавно потребовал учреждения в России усилиями государства привилегированного сословия. Речь шла, очевидно, о превращении России в сословное государство, в котором роль правящей элиты будут играть сподвижники и наследники Гайдара, Чубайса и Немцова. Мне доподлинно известно, что концепции соответствующего толка разрабатывались внутри экспертной обслуги Союза правых сил. И теперь, со своим новым политическим позиционированием, КС оказывается в стане «новой аристократии».

 

Разумеется, часть членов КС и в их числе некоторые сотрудники ИНС с таким перепрограммированием целей и задач движения согласиться не могли. Признаю, что Егор Холмогоров пытается всячески отмежеваться от подобной интерпретации его последних постингов об Иерархии и Порядке и сознаю его личную непричастность к разработке сюжета «новой сословности». Но он не может не понимать, под какие социальные проекты эти идеи оказались теперь востребованы нынешней российской элитой.

 

Мне с самого начала не нравилось, что наиважнейший для текущего исторического момента спор приобрел в ЖЖ и в реальной жизни совершенно недопустимый, откровенно мелочный характер. Сюжет первого конфликта заслонил и вытеснил проблематику второго. Вместе с тем, Егор абсолютно неправ в том, что соединяет в своем тексте эти два конфликта вместе, представляя дело таким образом, что с одной стороны в ИНС находятся враждебные ему «друзья Ходорковского», а с другой — дружественные «истинные консерваторы». Поскольку у меня с Егором на самом деле вполне дружественные и не омраченные сетевой полемикой отношения, я как бы попадаю в стан «истинных консерваторов». Вместе с тем, из всего лево-консервативного (социально-консервативного, как стало принято говорить в кругах «правых») лагеря именно я, наверное, в наибольшей степени симпатизирую «Левому повороту» Ходорковского. Тогда как те люди, с кем Егор находится во вражде, за исключением Володи Голышева, особо нежных чувств к Михаилу Борисовичу не испытывают.

 

О причинах моего отношения к «Левому повороту» и том, почему я собирался голосовать за Ходорковского на выборах в Университетском округе, скажу в следующем постинге.

Алексей Чадаев на радио "Свобода"

К этому

Виктор Резунков: У меня вопрос к Алексею Чадаеву. Главный редактор Агентства политических новостей Борис Межуев отметил, что в новом составе Общественной палаты нет ни одного человека левых убеждений. А вас, Алексей Чадаев, он представил как человека, который, во-первых, выступает за дальнейшее сокращение государственных расходов, прежде всего в жилищно-коммунальной сфере, во-вторых, за уменьшение реальных политических прав граждан стран и их возможности оказывать влияние не экономическую политику властей. Вы с этим согласны?

Алексей Чадаев: Конечно, меня очень удивило, когда я прочитал подобную оценку себя Межуевым. Мы с ним давно и хорошо общаемся, и кому как не ему знать по поводу моих представлений относительно прав граждан. Да, действительно, правда состоит в том, что я по экономическим взглядам, если уместна эта шкала, конечно, правее Бориса Межуева в смысле госрасходов, социалки и так далее. Но что касается политических прав граждан, тут я с ним категорически не согласен. Как раз наоборот, Агентство политических новостей, которое известно проектом возрождения монархии России, причем с восхождением на престол Майкла Кентского, не ему бы говорить относительно гражданских прав и свобод.

Кому, действительно, как не мне.

http://www.russ.ru/docs/84931443

 

Иначе говоря, демократия не является более наиболее мощным из существующих оснований суверенитета - наоборот, она есть вещь, суверенитету противоположная. Либо ты суверен и самовластный "монарх" - либо ты лишь проводник воли "народа", который, в свою очередь, тоже является проводником чьей-то еще воли. Либо твой источник власти - в истории и культуре твоей страны, либо он - в воле актуального (и манипулируемого извне) большинства.

Если совсем просто, то тезис выглядит так: чтобы построить систему власти ("демократию", если угодно), нужно вначале построить внятную, устойчивую и ценностно-обусловленную социальную иерархию. Равенство - это производная от неравенства, а не наоборот. Иначе говоря, постройте уже, как обещали, хоть какую-нибудь зримую и бесспорную для всех вертикаль, а уж потом говорите о демократии.

Может, я чего не понимаю, но в данном случае Алексей занимается именно тем, что сам обозначает выражением "сдавать дискурс". Что еще можно было увидеть в статье "Апология вертикали" как не призыв к нормальному правому авторитаризму? Чего же теперь отступать то от своих слов?