?

Log in

No account? Create an account

Хроника одной революции - Day

Tuesday, September 27, 2005

12:06AM - Дмитрий Орлов в РЖ

Итак, Российская Империя со слабым президентом, парламентом, формирующим нестабильное правительство, огосударствленным православием, сильными регионами во главе с избираемыми губернаторами и непризнанными территориями как областями неожиданно возникшей ответственности. По Белковскому, все это - "цветущая сложность". Смею утверждать, что сто цветов на пепелище нынешней политической системы явно не расцветут. В конституции от Белковского сразу несколько кричащих конфликтов: между президентом и правительством; между правительством и парламентом; между слабым центром и сильными регионами; между "православными" и "инородческими" областями; между Россией и теми государствами СНГ, в которые входят непризнанные территории.

Поражает уровень компетентности эксперта. Самое главное, что он, очевидно, не знает: в проекте конституции ИНС, как известно, нет "избираемых губернаторов", более того, там нет губернаторов вообще. Высший орган региональной власти — Правительство СФ — Земли — избирается Палатой Депутатов, а глава Правительства утрверждается федеральным Президентом.

Далее, президент по Конституции — не слабый, а как раз очень сильный, намного более сильный, чем во Франции - в его ведении остаются вооруженные силы и внешняя политика. Президент только не вмешивается во вннутреннюю политику - он не занимается вопросами инфляции и инвестиций - этим занимается избранное парламентом правительство, как в большинстве демократических стран мира. За исключением Соединенных Штатов - где, тем не менее, Сенат утверждает важнейшие фигуры кабинета.

Какой может быть, поэтому  конфликт между правительством и парламентом, если парламент формирует правительство?

Неужели Павловский с его умом и талантом не способен нанять квалифицированных  экспертов, которые в качестве комментария не будут гнать откровенную, легко обнаруживаемую и опровергаемую лажу?

11:15PM - Неравенство

К этому:

Хороший текст. Вот это особенно:

"Сущность правой идеологии в признании неравенства между людьми социальной аксиомой и основой социального порядка. Этим она отличается от левой идеологии, сущность которой в признании неестественности неравенства и в необходимых специальных мероприятий по его исправлению."

Согласно вышеуказанному разграничению, я — безусловно  и стопроцентно "левый".  Я — противник всякого социального неравенства (я не считаю его неестественным, но выступаю за радикальное преодоление такого рода "естественности") и горячий сторонник специальных мероприятий по его исправлению. Другое дело, что для меня приоритетным является преодоление неравенства на международном уровне, — чтобы моя страна и граждане моей страны не были людьми второго сорта в так наз. "глобальном мире". И поэтому я полагаю, нужна национальная сплоченность в целях коллективного преодоления такого интернационального неравенства.

Именно по этой причине некое функциональное неравенство внутри страны — на элиту и простых граждан — неизбежно. Но это именно функциональное неравенство: подобно тому, что существует в любой организации, где есть директора и остальной персонал. Однако как только директора захотят превратиться во владельцев страны, ее приватизировать в своих целях (поскольку "неравенство" - аксиома), гипотетический общественный договор — между правителями и простыми гражданами — окажется тем самым нарушен и перечеркнут.

И уж совсем неприлично, если элита попытается обосновать свое привелигированное положение в обществе ссылками на свою причастность к верхам глобального мира.

Весь "левый национализм" нынешнего времени в гигантском диапазоне — от Александра Панарина до Уго Чавеса — собственно, и строился вот на этой нехитрой предпосылке, что "неравенство" — это абсолютное зло, которому людям одной нации необходимо солидарно противодействовать. Мое участие во всех "консервативных" проектах последнего времени было обусловлено представлением о том, что при всем различии во взглядах на те или иные проблемы эта установка являлась для их участников общей.

Далее, еще несколько интересных моментов:

1.Соответственно правовой и национальной иерархии должен быть отдан приоритет над экономической.

Если кто-то понимает, что это значит, то я очень рад. Я не понимаю.  В частности, что такое "правовая иерархия" — власть юристов и адвокатов, или же просто — закрепленная в правовых понятиях "новая сословность".

2. Ср.: Интерпретации правого принципа неравенства могут быть весьма и весьма различны. Неравенство может трактоваться либерально, как неравенство результатов конкуренции при равенстве исходной позиции. Может толковаться консервативно, как изначальное и установленное Богом или традицией неравенство стартовых позиций.

и Я считал и считаю, что большинство социальных иерархий современной России должны быть демонтированы и заменены другими, более адекватными правому взгляду на них.

Не хочу заниматься пристрастной полемикой, скорее всего, Егор просто не продумал эти два тезиса вместе. В ином случае выходит, что он бы согласился принять "плутократический" режим в том случае, если бы "плутократическая верхушка" попыталась обосновывать свое положение "консервативно", то есть, как "изначальное и установленное Богом или традицией неравенство стартовых позиций". Кстати, о такой метаморфозе глобального либерализма всегда говорили два столь разных человека, как Андрей Фурсов и Гейдар Джемаль. Безусловно, то же самое предсказывал и Валлерстайн, говоря о неизбежной трансформации "плутократии" в такой вот "консерватизм".

Но, повторяю, надеюсь, что Егор просто неточно выразился. 

Previous day (Calendar) Next day