June 17th, 2005

Границы культуры

Стремление лидеров перенести свои дневники на другую площадку, если оно реализуется, будет означать конец уникального эксперимента по формированию "открытого коммуникационного пространства" без власти.

Ибо власть наконец появилась, установив пределы коммуникации. Это именно та ситуация, когда культура перерастает в политику - и в этом смысле это конец утопии о "сетевом обществе" культуры.

Шмитт был в контексте обсуждения всей ситуации был упомянут не случайно и не зря: ибо именно он четко прописал, что власть ставит предел свободному диалогу, произвольно устанавливает его рамки. Проблема здесь не в том, что возникает "новый тоталитаризм" и что действия АТ не оправданы, поскольку Команда не является владельцем ЖЖ (какая разница?), а в том, что вмешательство власти теперь полностью изменит характер коммуникации.

Представьте себе, если бы существовала газета, в которой публиковались бы все - и правые, и левые, и либералы, и фашисты - и все бы они там переругивались. Наверное, эта газета, как "Независимая" 13 лет назад, была бы самой интересной и читаемой в стране, и авторы ее, и читатели испытывали бы кайф от того, что находятся в атмосфере непрерывной полемики со всеми воможными оппонентами. Но как только редакция газеты проснулась бы от политической спячки и попыталась бы определить свою позицию в разговоре, склонившись бы к мнению какой-то одной из сторон, из газеты сразу же стали бы уходить люди в какое-то свое, особое издание. Оно было бы, наверное, не менее интересным, но существовало бы уже совсем в другой логике — в логике общения своих. А такое замкнутое общение всегда скучнее, хотя и политически эффективнее, чем общение всех со всеми.

Насколько в этом смысле интересны протоколы Религиозно-философских собраний в Петербурге 1901-1903, на которых столкнулось по меньшей мере сразу четыре различных культурных миров Северной столицы и насколько же скучны и пресны протоколы Религиозно-философского общества 1908–1916 гг., в котором участвовали в основном лишь люди круга Мережковского.

То же самое мы видели и на заре перестройки. В 1980-е "Знамя" реагировало буквально на каждое выступление публицистов "Нашего современника" и наооборот. В 1990-е эти журналы зажили своей узкокружковой жизнью, абсолютно не интресуясь мнениями оппонентов. Боюсь, через полгода то же самое произойдет и в Интернет-среде: вначале обособятся люди одного поколения, потом политические группы внутри поколения, потом идейно сплоченные подгруппы уже внутри этих самых политических групп.

Для многих так наз. активных юзеров это будет означать жизненную катастрофу. Лично для меня такой катастрофой стал распад культурного пространства примерно в 1990-е годы. Но ничего не поделаешь, это плата за существование в мире политики (а не в хабермасовском бесконечно дискутирующем обществе), где есть не просто ни к чему не обязывающие "слова", но и ответственность за свои "слова".