Любопытный спор двух Александров

... Александра Морозова и Александра Павлова, что придет на смену Шмитту и "суверенной демократии". Морозов утверждает, что и то, и другое отжили свое, а Павлов предполагает, что на место "правого" понимания суверенитета идет "левое", предположительно - грамшианское.

http://rumpelshtizhen.livejournal.com/

Идет вполне очевидный поиск чего-то нового, что могло бы прийти на смену поколению "младоконсерваторов". Мне кажется, что-то новое может прийти только в том случае, если мы откажемся от мысли, что имеем дело с какими-то политтехнологическими и пропагандистскими фантомами. Все кто рассуждает в этой "фантомной" логике, закономерно и проваливаются.

Победит лишь тот, кто примет и младоконсерватизм, и "суверенную демократию" как реальность. То есть как закономерный этап национального самосознания, обусловленный и политически, и ценностно. Положим, подлежащий преодолению, но, тем не менее, необходимый.

Почему никто не способен всерьез оппонировать "суверенной демократии"? Потому что ее не принимают как вполне реальный ценностный комплекс. Основанный на том простом допущении, что подлинный суверенитет личности предполагает союз с другими личностями в защиту свободы. И этот союз и есть "нация". И вне "нации" поэтому нет никакой "демократии".

И потому вмешательство внешних сил о внутренние дела своей страны недопустимо, а попустительство этому вмешательству преступно.

Такая простая и неизбежная для современного сознания мысль многими интеллектуалами в один голос признается какой-то политтехнологической придумкой. И это сразу же блокирует всякую реальную полемику. Которая безусловно возможна, и даже понятен тот удар, который можно было бы ей нанести.

И на самом деле на этот удар левому крылу "младоконсерваторов" (вне зависимости от отношения к власти)  еще нужно было бы поискать ответ. Конечно, глупо придумывать за противника удары, которые они в простоте души не делают. Но попытаюсь.

Проблема в том, что невмешательство во внутренние дела в политике - это норма сродни супружеской верности в брачных отношениях. Это норма, существующая вопреки бесчисленному количеству ее нарушений. Своего рода парадоксальная норма. При таком количестве ее нарушений не очень понятно на чем даже основанная. Притом сохраняющая свою силу уже даже вне зависимости от ее религиозных и социальных истоков в ситуации полной релятивизации всяких норм, и вот именно этой по преимуществу.

Тут глупо одноврменно отрицать наличие самой нормы и с другой стороны игнорировать ее парадоксальность. Почти всякое революционное, субверсивное движение внутри страны имело внешнюю поддержку, почти всякого революционера Нового времени - от Бакунина и Мадзини до Ленина и Буковского - при случае можно назвать шпионом какого-то другого государства.

Революционная деятельность почти всегда является не просто государственным (это самоочевидно), но именно национальным преступлением, преступлением против свободы и суверенитета нации.

Даже в том случае, если она непрямым образом работает на благо нации.

Проблема в том, что "постконсервативное" поколение - именно для того, чтобы обосновать "суверенитет" - должно будет выйти за его пределы, за пределы Модерна и пределы "политического" вообще. В том смысле, в каком "младоконсерваторы" оказались буквально ужалены "политическим" (об этом - в отдельной статье), "постконсерваторы" неизбежно переживуь страшную и опустошающую свободу от "политического". Когда нельзя будет сослаться на ценности Нового времени, чтобы сделать хоть одно осмысленное политическое утверждение.

И потому, смею предположить, что новое поколение окажется и левым, и религиозным в одно и то же время. Но для того, чтобы сделать какой-то шаг, нужно оттолкнуться от твердой почвы, а для этого нужно признать серьезность всего того, что делалось до тебя.